parallax background

Барокамера

«Танцующая планета» - автор Александр Дюрис
Танцующая планета
22.10.2018
роман «Портной» - автор Александр Дюрис
Портной
24.11.2018
В

научно-исследовательском институте ученые, занимающиеся исследованием мозга, психики человека, проводят опыты, в том числе ведут наблюдение за изолированными в сурдокамере добровольцами. Никакие сигналы внешнего мира в сурдокамеру не поступают, в результате у испытуемых наступает сенсорный голод, и некоторые из них начинают переживать галлюцинации.
Проводит эти опыты один из ведущих специалистов института, профессор Анатолий Григорьев.
Очередной испытуемый – Илья Ковалев, студент медицинского института.
По завершении условленного срока пребывания в сурдокамере, Григорьев расспрашивает Ковалева:
- С вами ничего не произошло… во время эксперимента?
- А что должно было произойти?
- Электроэнцефалограмма показала бесступенчатый переход режима функционирования мозга на дельта-ритмы, в фазу глубокого сна, и, через несколько секунд, мгновенный переход в режим бодрствования… Это – беспрецедентно!
Григорьев преподает в медицинском институте, читает лекции студентам; он женат.
Через некоторое время Илья Ковалев приходит к профессору и просит повторить опыт. Григорьев заинтригован, он понимает, что Ковалев что-то очень важное не рассказал ему о случившемся во время эксперимента. Происходит напряженный диалог, в результате которого выясняется, что Ковалев, по его словам, пережил необычное состояние.
- Хотите сказать, что пребывание в изоляции помогло вам найти абсолютную клавишу, включающую господа Бога?
Григорьев не соглашается на повторение эксперимента с Ковалевым, считает, что повторение опыта может ему лишь навредить.
Григорьев продолжает жить своей жизнью, а однажды навещает своего учителя, профессора Рубена Вартаняна. Вартанян излагает свое понимание тех экспериментов, которые проводит его ученик.
Григорьев узнает, что Илья Ковалев ушел из института, а мать Ковалева сообщает ему, что Илья уехал в монастырь…
Григорьев едет в указанный монастырь, встречается с Ильей.
- Илья, вы говорили, что помехи невозможно устранить, можно лишь отойти от них… подальше! Думаете, далеко отошли, приехав сюда? Да вы в самое пекло попали! В любой религии есть свои правила, каноны, обязанности. Куда повернуться, да сколько раз, да свои прихлопы и притопы! А еще теология, история церкви, количество святых, и на каждый случай своя молитва… которые надо учить! Тактический и стратегический отпор другим конфессиям – по-ли-ти-ка!! Вам это надо? И чем это отличается от того, от чего вы ушли? Да здесь помех – немерено!!
Григорьев возвращается домой. У его любовницы – неожиданные проблемы со здоровьем. Она попадает в больницу и, в реанимации, умирает. Григорьев тяжело переживает трагедию.
Спустя некоторое время Григорьев принимает неожиданное решение: он сам пойдет в сурдокамеру, в качестве испытуемого…



«Барокамера»

Киносценарий

ИНТ. НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ ИНСТИТУТ - ЛАБОРАТОРИЯ - ДЕНЬ

Легкое гудение приборов, мигающие светодиоды. На мониторе – лицо находящегося в сурдокамере испытуемого – ИЛЬИ КОВАЛЕВА: отрешенный взгляд; чуть вздрогнувшие и опять застывшие веки...

ИНТ. СУРДОКАМЕРА - НОЧЬ

Теперь в сурдокамере – АНАТОЛИЙ ГРИГОРЬЕВ, в том же отрешенном состоянии, что и Илья Ковалев. ГРИГОРЬЕВ наблюдает за белкой, скачущей по сурдокамере. Наконец, белка остановилась у телефонного аппарата, черными бусинками глаз смотрит на ГРИГОРЬЕВА. Резкий телефонный звонок спугнул ее, и она в панике заметалась по сурдокамере. А телефонные звонки не смолкают – метания белки продолжаются...

ИНТ. КВАРТИРА ГРИГОРЬЕВА - НОЧЬ

Григорьев, наконец, просыпается от непрекращающихся телефонных звонков, открывает глаза. Подходит к столу, садится, снимает телефонную трубку.

ГРИГОРЬЕВ
Да... Костя? Что случилось?

Григорьев слушает, что говорит ему по телефону КОНСТАНТИН. Поднимает глаза на настенные часы – шестой час утра.

ГРИГОРЬЕВ
Задержитесь после дежурства, я скоро буду... До встречи!

Распахивается дверь – на пороге стоит АЛЛА, жена ГРИГОРЬЕВА.

Григорьев опускает трубку на колени, смотрит на жену; слышны короткие гудки, доносящиеся из трубки.

АЛЛА проходит к столу и выдергивает шнур из телефонной розетки – тут же прекращается звук коротких гудков. Выходит из комнаты, захлопнув за собой дверь. Григорьев кладет трубку на телефонный аппарат. Сидит, подперев голову рукой...

ИНТ. НИИ - ЛАБОРАТОРИЯ - УТРО

Все сотрудники, участвующие в эксперименте, в сборе: НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА, САША СМОЛЯНСКАЯ, лаборантка НАТАША. Здесь же и КОНСТАНТИН, с покрасневшими после ночного дежурства глазами. Все стоят вокруг Григорьева, и вместе с ним изучают электроэнцефалограмму.

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Любопытно: моментальный перескок с альфа-ритмов...

ГРИГОРЬЕВ
Да, странно... бесступенчатый переход бодрствующего мозга в фазу глубокого сна...

КОНСТАНТИН
И через несколько секунд – обратно!

ГРИГОРЬЕВ
(обращается к Константину)
А что показали другие приборы?

КОНСТАНТИН
Нормальное функционирование организма...

ГРИГОРЬЕВ
Так спал Ковалев, или не спал?

КОНСТАНТИН
Ну, Анатолий Николаевич, пять-семь секунд... Как определить? Глаза были полузакрыты… полуоткрыты! Мы что, не знаем, что спать можно и с открытыми глазами?!

Константин смотрит на монитор.

КОНСТАНТИН
Вот сейчас спит точно!

Все оглядываются на монитор, переводят взгляд на приборы, вглядываются в их показания.

ГРИГОРЬЕВ
(с тихой досадой)
Какие-то у нас приборы... несовершенные!

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Что вы имеете в виду?

ГРИГОРЬЕВ
Они все рассказывают об организме человека, о его мозге: какие зоны активизированы, какие – нет, еще тысячу параметров зарегистрируют… Они только не рассказывают о самом человеке!..

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Ну, если приборы смогут рассказать о человеке все, тогда и человек не нужен будет...

Григорьев, словно запнувшись, смотрит на Надежду Александровну.

ГРИГОРЬЕВ
Условия эксперимента все равно не идеальные...

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Почему?

ГРИГОРЬЕВ
Изоляция условна: нет защиты от электромагнитного поля земли, радиоволн...

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Ну, Анатолий Николаевич, и что нам теперь делать? Экранировать сурдокамеру мы не можем...

ГРИГОРЬЕВ
Да это я так... От всего не экранируешься! Человек существует в сложной мутной среде: биологической, электромагнитной, социальной. Мы отсекаем от него лишь какой-то слой мути, и в нашем случае этот слой один – социальный. Сенсорная система человека, лишенного общения с себе подобными, образов, звуков, реализации дурных и хороших привычек, социальных стандартов, начинает корчиться, задыхаться! Мозг компенсирует этот недостаток тем, что мы называем галлюцинациями – в невероятных, немыслимых комбинациях активизирует впечатления, полученные им ранее. И чья-то психика может не выдержать...

КОНСТАНТИН
Но Ковалев выдерживает!

ГРИГОРЬЕВ
Да, он спокоен... Молодой парень… Потенциальный космонавт, или подводник! Вот что... Надо вызвать Геннадия Николаевича – пусть проверит аппаратуру. Если с приборами все в порядке...

Григорьев умолкает, о чем-то задумавшись.

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
До конца эксперимента сталось шесть дней!

ГРИГОРЬЕВ
А по-моему, надо заканчивать. И лучше завтра...

Григорьев встает и подходит к монитору, смотрит на лицо спящего Ковалева.

ГРИГОРЬЕВ
Что, он по-прежнему не ведет записи?

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Энтузиазма у юноши хватило только на неделю. Все, у меня перерыв!

Надежда Александровна достает из кармана пачку сигарет.

КОНСТАНТИН
Меня подождите, у меня тоже перерыв!

ГРИГОРЬЕВ
(строго)
Хорошенький перерыв! Вы зачем курите, Надежда Александровна?

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Просто курю. Два раза бросала – начинают сниться пепельницы, набитые окурками...

ГРИГОРЬЕВ
Фу, гадость!

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Вот именно! А, когда я курю, пепельницы не снятся, потому что организм получает гадость, к которой он привык...

НАТАША
А мне сегодня страшный сон снился!

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Расскажите!

НАТАША
Ой, не помню! Так страшно было – я среди ночи проснулась...

КОНСТАНТИН
А мне на днях снилась африканка – кожа нежная такая...

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Вашему организму, Костя, не хватает женщин с нежной кожей...

КОНСТАНТИН
Хватает.

САША
А вам что-нибудь снилось, Анатолий Николаевич?

ГРИГОРЬЕВ
Не помню... Ах, да! Чепуха какая-то: белка в барокамере прыгала, а потом телефон зазвонил...

САША
Во сне?

ГРИГОРЬЕВ
Да.

КОНСТАНТИН
Так это я звонил!

ГРИГОРЬЕВ
Да, Костя – вы...

НАТАША
У вас пророческие сны, Анатолий Николаевич!

ГРИГОРЬЕВ
(оглядывается на нее, строго)
Что такое пророчества? И что такое сны?..

ИНТ. НИИ – ЛЕСТНИЦА – ДЕНЬ

Григорьев стремительно спускается по лестнице. На лестничной площадке курят Надежда Александровна и Константин. Григорьев притормаживает рядом с ними.

ГРИГОРЬЕВ
Костя, вы еще здесь? – марш домой отдыхать! Надежда Александровна, мне надо будет сегодня пораньше уйти.

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Уходить с работы раньше времени так же вредно, как и курить.

ГРИГОРЬЕВ
Иногда не вредно.

КОНСТАНТИН
(добродушно иронизирует)
А вы куда: за леденцами, профессор?

Григорьев лишь коротко грозит пальцем в ответ, продолжает стремительный бег по лестнице.

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
(кричит вдогонку)
Не волнуйтесь, Анатолий Николаевич, все будет в порядке!

КОНСТАНТИН
Доктор медицинских наук, кандидат в членкоры Академии! А какой экстерьер, какой аллюр!

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Замечательный парень!

КОНСТАНТИН
Какой парень? Лет ему сколько?!

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Для меня – парень!..

ИНТ. НИИ – ЛАБОРАТОРИЯ - ВЕЧЕР

Все то же легкое гудение приборов, мигающие светодиоды… Наташа делает записи в журналах. На мониторе лицо испытуемого – Ильи Ковалева. Все тот же застывший, отрешенный взгляд; чуть вздрогнувшие веки...

ИНТ. МЕДИЦИНСКИЙ ИНСТИТУТ - ДЕНЬ

Коридоры медицинского института, где ведет преподавательскую деятельность Григорьев. Группы студентов, движение, открывающиеся двери аудиторий...

ИНТ. МЕДИЦИНСКИЙ ИНСТИТУТ – АУДИТОРИЯ - ДЕНЬ

Григорьев читает лекцию студентам.

ГРИГОРЬЕВ
В фазе быстрого сна действуют тормозящие вещества, главным из которых считается глицин – он практически полностью отключает мышечную систему. Повреждение этого механизма может привести к тому, что спящий будет реально проделывать те движения, которые ему снятся. Это доказано экспериментально: кошки с закрытыми глазами в состоянии сна то гонялись за несуществующей мышкой, то в ужасе пятились перед неизвестной опасностью...

1-Я СТУДЕНТКА
Любовь тоже объясняется химическими процессами?

ГРИГОРЬЕВ
Да, объясняется. И подчиняется законам биохимии. Поэты, пишущие о любви – тоже. Потому что, упрощенно, любовь – это род невроза, который возникает у человека на определенном эндокринном фоне.

Григорьев смотрит на студентку и сидящего рядом с ней студента.

ГРИГОРЬЕВ
Вот в поле вашего зрения, девушка, попадает некий раздражитель, например, сидящий рядом с вами молодой человек – потенциальный объект вашего чувства. Условно-рефлекторный механизм запускает в вашем мозгу сложные химические процессы: там образуется комплекс различных веществ и разносится с током крови по всему телу. Эти вещества, кроме всего прочего, вызывают и такие сложные переживания, как любовная эйфория. И вызывают ее три нейромедиатора: адреналин, дофамин и серотонин. Это и есть собственно любовь в чистом, научном виде. То есть, конечно, на самом деле все сложнее, я упрощаю, вульгаризирую процесс, и тем не менее...

1-Й СТУДЕНТ
(он сидит рядом с девушкой, задавшей вопрос; спрашивает с улыбкой)
Почему любовь проходит?

ГРИГОРЬЕВ
В мозгу постоянно происходят сложные химические процессы, одни сменяются другими. В среднем процесс смены длится от трех до пяти лет...

1-Й СТУДЕНТ
(продолжает улыбаться)
Потом – развод?

ГРИГОРЬЕВ
Не обязательно. По завершении процесса привыкания организм может начать продуцировать другие вещества – эндорфины. Их действие носит иной характер: они не возбуждают, а успокаивают, поселяют в душе супругов умиротворение и покой. Вспомните «Старосветских помещиков» Гоголя – классический пример!

2-Й СТУДЕНТ
Профессор, вы женаты?

ГРИГОРЬЕВ
Да.

2-Й СТУДЕНТ
Давно?

Григорьев молча смотрит на студента, задавшего вопрос...

ИНТ. КВАРТИРА ПОЛИНЫ – КОМНАТА - ВЕЧЕР

На диване, под одеялом, вжавшись спинами в подушки, сидят Саша Смолянская и Григорьев. Саша показывает в смартфоне фотографии грифонов.

САША
Смотри, какие забавные – ромашки рыжие! А мордочки черные, как у сиамских кошек! Но у брюссельцев маску скрывает шерсть... Сестра с заводчицей уже договорилась: скоро у меня будет щенок!

Григорьев рассматривает фотографии.

ГРИГОРЬЕВ
Где-то я читал: «Если женщина хочет завести собаку, значит, ей пора обзаводиться ребенком...»

САША
Я бы родила...

ГРИГОРЬЕВ
Что, все безнадежно?

САША
Причина-то не во мне – все анализы указывают на Славу...

ГРИГОРЬЕВ
Так, может, от меня родишь?

САША
Хочешь подкинуть кукушонка?
(смеется и тут же становится задумчивой)
Нельзя – Слава догадается...

ГРИГОРЬЕВ
Ты кого хочешь – мальчика или девочку?

САША
Мальчика.

ГРИГОРЬЕВ
Я про собаку спрашиваю!

САША
А!.. Мальчика!

ГРИГОРЬЕВ
А я бы девчонку взял...

САША
Так возьми! Я тебе телефон заводчицы дам.

ГРИГОРЬЕВ
М-да?
(хитро прищурившись, смотрит на Сашу)
Чтобы твой мальчик тарарахал мою девочку?

САША
(смеется)
Нет, чтобы твоя девочка тарарахала моего мальчика!

Раздается телефонный звонок.

САША
Да?
(слушает)
Поняла!..

Саша бросает смартфон на столик, вскакивает с дивана, быстро одевается.

САША
Вставай!

ГРИГОРЬЕВ
Что случилось?

САША
Сестра!

ГРИГОРЬЕВ
Ну... полчаса-то у нас есть?

САША
Она уже здесь – на лифте поднимается!

ГРИГОРЬЕВ
А давай ее не пустим!

САША
Давай!..

ИНТ. КВАРТИРА ПОЛИНЫ – КУХНЯ – ВЕЧЕР

ПОЛИНА и Саша на кухне.

САША
Ты что, предупредить не могла?!

ПОЛИНА
Извини, я совсем забыла...

Григорьев выходит на кухню, со смартфоном. Наспех одевшись, он не заметил, что сзади, из брюк, выбивается не заправленная рубашка.

ГРИГОРЬЕВ
Здравствуйте, Полина!

ПОЛИНА
Здравствуйте!

ГРИГОРЬЕВ
Вот, мы с Сашей отвлеклись... на собак!

Григорьев кладет смартфон на стол.

ПОЛИНА
Симпатичная порода, правда?

ГРИГОРЬЕВ
Правда.

Саша подходит и быстрыми, аккуратными движениями заправляет Григорьеву его рубашку за ремень.

ГРИГОРЬЕВ
(оглядывается)
Что?

САША
Рассеянный вы стали, Анатолий Николаевич!

ГРИГОРЬЕВ
Да, работаю много...

Григорьев нащупывает сзади ремень и рубашку, проверяет, все ли теперь в порядке.

ПОЛИНА
(улыбается)
Отдыхать надо... чаще!

ГРИГОРЬЕВ
(переводит взгляд с одной сестры на другую)
Ох, я вас!.. Ладно, закончим спектакль... Саша, проводи!

Григорьев идет в прихожую.

САША
Толя, я телефон заводчицы напишу. И фотографии перешлю!

Саша быстро пишет номер телефона в смартфоне.

ГРИГОРЬЕВ
Не надо! Куда мне собаку? Я пошутил...

ИНТ. НИИ – ЛАБОРАТОРИЯ - ДЕНЬ

На мониторе лицо испытуемого – Ильи Ковалева. На монитор смотрят сотрудники лаборатории – Григорьев, Надежда Александровна, Константин, Саша и лаборантка Наташа.

ГРИГОРЬЕВ
Кормили?

НАТАША
Как всегда – по графику. Но он ест немного.

ГРИГОРЬЕВ
Понятно... Все, отключаем приборы!

Константин и Саша подходят к стойкам с приборами, отключают их – перестают мигать светодиоды, легкое гудение аппаратуры прекращается.

ГРИГОРЬЕВ
Так. В лаборатории остаются Надежда Александровна и Саша. Все должно быть аккуратно, тихо, ненавязчиво... Саша, садись сюда, пиши что-нибудь... или рисуй. Когда Ковалев выйдет, поздороваешься и – продолжаешь писать. Главное – без эмоциональных всплесков! Надежда Александровна, то же самое: количество слов – минимальное, голос – без модуляций, спокойная приветливость. Как только проведете Ковалева в комнату отдыха, сообщите нам...

Григорьев открывает дверь, пропускает вперед себя Константина и Наташу, выходит сам, закрывает за собой дверь.

Надежда Александровна и Саша смотрят друг на друга. Саша перекрещивается.

Надежда Александровна подходит к сурдокамере и, тоже перекрестившись, поворачивает рукоятку запора...

ИНТ. НИИ – ЛАБОРАТОРИЯ – БАРОКАМЕРА - ДЕНЬ

У Ковалева все тот же застывший, отрешенный взгляд; чуть вздрогнувшие веки...

Дверь в сурдокамеру открывается, в проеме – Надежда Александровна; теплое, спокойное выражение глаз.

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Здравствуйте, Илья.

Надежда Александровна входит в сурдокамеру, отсоединяет от разъемов провода, ведущие к датчикам, укрепленным на теле Ковалева.

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Можно выходить. И спешить не обязательно – можете еще посидеть. Никто никуда не торопится...

Надежда Александровна выходит из сурдокамеры и пропадает из зоны видимости Ковалева. Ковалев немигающим взглядом смотрит в открывшееся пространство, очерченное дверным проемом...

ИНТ. НИИ – КАБИНЕТ ГРИГОРЬЕВА - ДЕНЬ

Ковалев сидит в кабинете, смотрит в окно. Входит Григорьев, тихо, без щелчка прикрывает за собой дверь.

ГРИГОРЬЕВ
Ну, здравствуйте, Илья! Как самочувствие, жизненный тонус? Не жалеете, что надолго пропали для активной жизни?

КОВАЛЕВ
Нет.

ГРИГОРЬЕВ
С вами ничего не произошло... во время эксперимента?

КОВАЛЕВ
А что должно было произойти?

ГРИГОРЬЕВ
Что-нибудь… Неделю назад…

КОВАЛЕВ
Неделя? Там как-то со временем не так…

ГРИГОРЬЕВ
Понимаю. Ну, ладно, давайте по порядку...

ИНТ. КВАРТИРА ГРИГОРЬЕВА – КУХНЯ - ВЕЧЕР

Тихо гудит кофеварка – в чашку наливается кофе. Процесс завершен – Алла берет чашку, садится напротив Григорьева за стол, продолжает начатый разговор.

АЛЛА
Членом-корреспондентом тебе не быть...

ГРИГОРЬЕВ
Почему?

АЛЛА
Социальная пирамида. Тут другие законы...

Григорьев молча смотрит на жену. Кофе горячий – Алла делает осторожный глоток.

АЛЛА
Ну, хорошо: твою кандидатуру утвердят, что это даст? Престиж, деньги?

ГРИГОРЬЕВ
(отвечает, неохотно)
В моем случае звание даст возможность увеличить поле научной работы, отстоять перспективные, интересные направления, защитить научные интересы своих коллег. Ничего другого я не жду...

АЛЛА
Ну, Толя, ты гений! С тобой не просто!

ГРИГОРЬЕВ
Гений? К чему этот ярлык?

АЛЛА
Это не ярлык. Ты просто себя не знаешь...

ГРИГОРЬЕВ
Чего я о себе не знаю?

АЛЛА
Спроси у меня – скажу.

ГРИГОРЬЕВ
Спасибо, не надо: твое знание обо мне я знаю.

АЛЛА
Ну, вот, опять...

ГРИГОРЬЕВ
Что – опять?!
(встает, отходит к окну, резко поворачивается)
Ты зачем училась со мной в институте, чтобы работать менеджером – по сосискам, по нефти?!

АЛЛА
Да! Если ты не понимаешь – чтобы работать, да!
(резко ставит чашку на стол, тоже встает)
Потому что то, чем ты занимаешься, никому не нужно. А моя работа дает нам деньги!

Алла выходит в прихожую, становится перед зеркалом.

АЛЛА
Иди сюда! Ну, подойди же!

Из комнаты в прихожую выходит Григорьев, останавливается в дверях.

АЛЛА
(показывает на зеркало)
Посмотри на себя!

Григорьев подходит к жене, становится рядом с ней, угрюмо разглядывает себя в зеркало.

ГРИГОРЬЕВ
Предлагаешь нанести грим?

АЛЛА
Нет.

ГРИГОРЬЕВ
Что я должен увидеть?

Алла молчит. Григорьев переводит взгляд на жену.

ГРИГОРЬЕВ
По-моему, ты что-то перепутала: ты здесь постой, посмотри на себя как следует, а мне надо работать...

Григорьев уходит в комнату, захлопывает за собой дверь…

ИНТ. МЕДИЦИНСКИЙ ИНСТИТУТ – АУДИТОРИЯ - ДЕНЬ

Григорьев читает лекцию студентам.

ГРИГОРЬЕВ
(с улыбкой смотрит на студентов)
Дамы и господа! Леди и джентльмены! Прошу почтить память... никогда не существовавшего информационного общества. Да, мы никогда не жили, и никогда не будем жить в нем. Мы живем в мире сообщений. Человек всегда получает сообщение, и только!

3-Й СТУДЕНТ
Что же, в таком случае, информация, профессор?

ГРИГОРЬЕВ
Информация – это особенность укладки сообщений в человеке!

Григорьев, выдерживая паузу, смотрит на студентов.

ГРИГОРЬЕВ
У каждого человека этот процесс индивидуален. Это связано с местом, со временем, в котором он родился. А также с направленностью его интересов и их глубиной. Вот как раз интересы и их глубина и являются той особенностью, которая несчетное количество отобранных комбинаций сообщений преобразует в такую структуру, как информация. Но!.. интересы великого множества людей совпадают друг с другом, и они достаточно просты, однообразны. А вот количество людей, преобразующих сообщения в сложные информационные структуры, ограничено...

Григорьев умолкает, всматривается в лица студентов.

ГРИГОРЬЕВ
Таким образом, дамы и господа, и в школе, и в институте, и потом – в жизни, вы никогда не получаете знания, вы всегда получаете сообщения. И в какие узоры они сложатся в каждом из вас, и будут ли в этих узорах какие-то особенности и глубина, это зависит от природы каждого из вас... которую вы не знаете!

2-Й СТУДЕНТ
А свою природу вы знаете, профессор?

ГРИГОРЬЕВ
(весело)
Нет! Не знаю!..

ИНТ. НИИ – КАБИНЕТ ГРИГОРЬЕВА - ДЕНЬ

В кабинет входит Константин.

КОНСТАНТИН
Анатолий Николаевич, к вам Ковалев Илья!

ГРИГОРЬЕВ
Ковалев? Пусть заходит...

Константин выходит, в дверях появляется Ковалев.

КОВАЛЕВ
Здравствуйте, Анатолий Николаевич!

ГРИГОРЬЕВ
Здравствуйте, Илья, проходите! Чем обязан?

КОВАЛЕВ
Хотел бы продолжить ваши исследования по изоляции человека...

ГРИГОРЬЕВ
В качестве кого? Ассистентов, помощников у меня достаточно...

КОВАЛЕВ
В качестве испытуемого.

ГРИГОРЬЕВ
(с интересом смотрит на Ковалева)
И... как часто... как долго вы хотите... быть участником эксперимента?

КОВАЛЕВ
Длительность определяете вы, Анатолий Николаевич.

ГРИГОРЬЕВ
Илья, вы меня озадачили. Эта просьба – из ряда вон! Я не понимаю...

Ковалев молчит.

ГРИГОРЬЕВ
Потрясающе: человек добровольно ищет способа заключить себя в тюрьму, в одиночную камеру! У вас что – социофобия? Боитесь людей, общества?

КОВАЛЕВ
Нет.

ГРИГОРЬЕВ
Тогда объясните: вместо того, чтобы вернуться к нормальной человеческой жизни, продолжить учебу, вы хотите вернуться туда, куда нормальные люди не возвращаются... Извините, я вовсе не хотел сказать...

КОВАЛЕВ
Не извиняйтесь, Анатолий Николаевич, все в порядке...

ГРИГОРЬЕВ
(после паузы, прищурившись)
Ой-е-ей! Вы мне что-то не сказали... что-то важное... С вами что-то произошло, во время эксперимента?

Ковалев молчит.

ГРИГОРЬЕВ
Ну, Илья, вы хотите продолжить участие, и при этом что-то утаиваете! Но тогда невозможно и продолжение: показание приборов – это важная составляющая, но рассказы испытуемого... без них показания приборов мертвы!

КОВАЛЕВ
Я понимаю... Было!

ГРИГОРЬЕВ
Было что?

КОВАЛЕВ
Состояние... безотносительности...

ГРИГОРЬЕВ
Безотносительности? Так, будем играть словами? Еще раз: было что?!

Ковалев молчит.

ГРИГОРЬЕВ
Значит, были галлюцинации?

КОВАЛЕВ
Это не галлюцинация!

ГРИГОРЬЕВ
То есть, вы хотите сказать, что галлюцинация не сопровождалась видением?

КОВАЛЕВ
(неохотно)
Сопровождалась...

ГРИГОРЬЕВ
Что и требовалось доказать! И что видели?

КОВАЛЕВ
Свет...

ГРИГОРЬЕВ
Да? Узнаваемо: тоннель, свет в конце тоннеля...

КОВАЛЕВ
Тоннель понятие относительное: к нему приложимы линейка, циркуль, и так далее...

ГРИГОРЬЕВ
Но вы сами сказали, что наблюдали свет...

КОВАЛЕВ
Не наблюдал, а был им.

ГРИГОРЬЕВ
Вот как? И что это меняет?

КОВАЛЕВ
Все!

ГРИГОРЬЕВ
Хотите опять стать «светом»?

Ковалев не отвечает.

ГРИГОРЬЕВ
А в сурдокамере вы нашли абсолютную клавишу, включающую господа Бога?

КОВАЛЕВ
Сколько сложных слов вы сказали, Анатолий Николаевич, и как-то все мимо...

ГРИГОРЬЕВ
Мимо? Хотите сказать, что кроме научных объяснений мира, есть другие? Вы имеете в виду художников, политиков, иллюзионистов? Предлагаете рассмотреть феномен религиозного сознания?

Ковалев молчит.

ГРИГОРЬЕВ
Я сомневаюсь, Илья, что продолжение эксперимента с вашим участием возможно... на данном этапе! Вам надо отдохнуть, восстановиться, реабилитироваться после вашей длительной изоляции... от общества!

КОВАЛЕВ
(встает)
Я пойду...

ГРИГОРЬЕВ
Что значит – «пойду»? Вам надо дополнить ваши записи, сделанные после эксперимента, описать галлюцинацию! Без этой записи материал...

КОВАЛЕВ
Я не буду ничего писать.

ГРИГОРЬЕВ
То есть, как? Вы же подставляете работу научного коллектива! Ваша галлюцинация ничего вам про бессовестность не сообщила? Про обязательства, которые вы приняли, идя на участие в эксперименте?

Ковалев выходит из кабинета. Григорьев садится, задумчиво постукивает карандашом по столу...

ИНТ. НИИ – ЛАБОРАТОРИЯ - ДЕНЬ

Григорьев входит в лабораторию. Надежда Александровна сидит за столом, перед монитором компьютера.

ГРИГОРЬЕВ
Надежда Александровна, где у нас материалы по Ковалеву?

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Где и остальные. Открыть?

ГРИГОРЬЕВ
Да. То есть, да... Меня интересует электроэнцефалограмма, помните тот фрагмент?

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Помню. Там, где... приборы не ошиблись.

ГРИГОРЬЕВ
Вот именно, ошибки не было! А вот что было, не понять: Ковалев пришел, набормотал ерунды...

Надежда Александровна открывает файл.

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Вот!

Григорьев всматривается в монитор, изучает фрагмент электроэнцефалограммы.

ГРИГОРЬЕВ
Что бы это могло быть?

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Ковалев из-за этого приходил?

ГРИГОРЬЕВ
Да, просится обратно – в сурдокамеру! Понять ничего не могу! То есть, могу, но...

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Так, может быть, продолжить эксперимент?

ГРИГОРЬЕВ
Ни в коем случае!

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Давайте, я вам копию сделаю.

ГРИГОРЬЕВ
Копию? Да, хорошо...

Григорьев, в задумчивости, выходит из кабинета...

ИНТ. МЕДИЦИНСКИЙ ИНСТИТУТ - ДЕНЬ

Коридор медицинского института. Группы студентов, движение. Навстречу друг другу идут Григорьев и Илья Ковалев.

ГРИГОРЬЕВ
Илья, здравствуйте! Уделите мне несколько минут. Пойдемте... вот сюда, пожалуйста!

Григорьев открывает дверь кабинета. Вместе с Ковалевым входит в кабинет...

ИНТ. МЕДИЦИНСКИЙ ИНСТИТУТ – КАБИНЕТ - ДЕНЬ

Григорьев и Ковалев сидят за столом, друг перед другом.

ГРИГОРЬЕВ
Знаете, вы меня заинтриговали, Илья: ангелов вы не видели, и это уже... обнадеживает! Вы видели свет, то есть... были им! Вот с этого места поподробнее! Какой свет? Откуда?

КОВАЛЕВ
Не знаю...

ГРИГОРЬЕВ
Но ведь что-то вас потрясло! Что именно? Вы можете описать свойства этого света?

КОВАЛЕВ
Свойства? Ну... сам по себе свет был нейтрален, но... (замолкает)
Это трудно... передать словами.

ГРИГОРЬЕВ
А вы попробуйте!

КОВАЛЕВ
Не могу. Какая-то часть во мне отфиксировала, что все длилось не более десяти секунд, и даже меньше... Но при этом отсутствовали время, пространство, мысли, слова... Это было выше... нет, несопоставимо... с любым представлением... И... мне казалось, что об этом не нужно рассказывать.

ГРИГОРЬЕВ
Почему?

КОВАЛЕВ
Это не совсем результат... эксперимента. Тут что-то другое.

ГРИГОРЬЕВ
Другое? Правильно! И этим «другим» и занимается наука нейрофизиология.

КОВАЛЕВ
Нет, наука этим не занимается.

ГРИГОРЬЕВ
Вот как? Вы можете реализовать это «другое» в жизни?

КОВАЛЕВ
В жизни много помех, Анатолий Николаевич...

ГРИГОРЬЕВ
Вот оно что! И что вам мешает их устранить?

КОВАЛЕВ
Помехи невозможно устранить, их можно только уменьшить: отойти от них... подальше...

ГРИГОРЬЕВ
Подальше?.. Вы верующий? Я вроде не наблюдал у вас религиозной эйфории. Кстати, этот свет никак не соотносится с нею... с религиозностью?

КОВАЛЕВ
Нет. Хотя... как рассматривать. Нет эмоций, нет эйфории: ни до, ни во время, ни после... Вообще, я почему-то уверен, что пережить подобное можно лишь при условии экстремального покоя...

ГРИГОРЬЕВ
Как? Экстремальный покой? Вы уверены, что дали верное определение?

КОВАЛЕВ
Да.

ГРИГОРЬЕВ
Так-так-так! Эмоции нейтрализуются, мысли нейтрализуются... Я вас правильно понимаю?

КОВАЛЕВ
Похоже... да.

ГРИГОРЬЕВ
Наступает покой... Но это при условии торможения в соответствующих зонах мозга... А что же тогда – «экстремальное»?

КОВАЛЕВ
Полнота... Напряжение...

ГРИГОРЬЕВ
Полнота?

КОВАЛЕВ
Ну... Что-то вроде заряда аккумулятора, который ни к чему не подключен.

ГРИГОРЬЕВ
Интересно! Хорошо... Вы хотели продолжить эксперимент.

КОВАЛЕВ
Это уже не обязательно.

ГРИГОРЬЕВ
То есть? Почему? Вы же сами хотели продолжения опыта!

КОВАЛЕВ
Ну... я не «за», и не «против»...

ГРИГОРЬЕВ
Вот и договорились...

ИНТ. ДОМ ДОРЕВОЛЮЦИОННОЙ ПОСТРОЙКИ – ЛЕСТНИЦА - ВЕЧЕР

Григорьев стоит на лестничной площадке, перед дверью, нажимает на кнопку звонка. Дверь открывается, и на пороге появляется РУБЕН ОСКАРОВИЧ ВАРТАНЯН, профессор, в прошлом учитель Григорьева.

ГРИГОРЬЕВ
Здравствуйте, Рубен Оскарович!

ВАРТАНЯН
Здравствуйте, Толя! Проходите...

ИНТ. КВАРТИРА ВАРТАНЯНА – КАБИНЕТ – ВЕЧЕР

Вартанян внимательно рассматривает на мониторе компьютера копию электроэнцефалограммы.

ВАРТАНЯН
Интересно...

ГРИГОРЬЕВ
Ничего подобного при опытах с изоляцией человека не наблюдалось!

ВАРТАНЯН
Да, то, что вы рассказали, Толя, весьма и весьма...

ГРИГОРЬЕВ
Я надеялся узнать ваше мнение.

ВАРТАНЯН
Мое мнение? Мне не хватает материалов. Вашего рассказа и этой электроэнцефалограммы не достаточно. Мое мнение... С одной стороны, ничего особенного не произошло, а с другой стороны то, чем мы занимаемся, все время несет в себе риск вторгнуться в область, запредельную для нынешнего состояния науки... Как мне кажется!

ГРИГОРЬЕВ
Какой риск?

ВАРТАНЯН
Нейрофизиология продолжает исследовать базисные основы деятельности мозга, а постигла лишь небольшую их часть. А остальная часть... В определенном смысле все, что недоступно сейчас для современного состояния науки, не существует. Я скопирую себе этот материал?

ГРИГОРЬЕВ
Конечно!

Вартанян копирует материал, продолжает рассуждения.

ВАРТАНЯН
Опыты, проводимые с изоляцией людей, почти всегда дадут предсказуемые результаты – галлюцинации. Слон на паучьих ножках, дьявольская соната или голос, расстрел, после которого остаешься в живых... Какими-то галлюцинациями, или снами, мозг сигнализирует о неполадках в организме, и это главное, что сейчас нас интересует. Но ведь не все сводится к неполадкам! Помните в «Сталкере» комнату, куда не решились войти герои? Эта комната реализует не просьбу, не осознанное желание человека, а то тайное, чего он не знает о себе. Так вот, ваша сурдокамера сродни этой комнате! Только в «Сталкере» это фантастика, а здесь – реальность...

ГРИГОРЬЕВ
Да? И... что мы не знаем о себе?

ВАРТАНЯН
Ничего! Понимаю, мои рассуждения не расписать в научных терминах, но ведь наука – всего лишь срез в таком явлении, как человек.

ГРИГОРЬЕВ
Да, это понятно... Но как это соотносится с опытом Ковалева?

ВАРТАНЯН
Не знаю. Если предварительно... без тонкостей, без нюансов...
(задумывается)
Каким-то образом он был готов...

ГРИГОРЬЕВ
Готов? А почему не готовы мы? Он же молодой парень!

ВАРТАНЯН
Сколько ему?

ГРИГОРЬЕВ
Двадцать пять!

ВАРТАНЯН
Да, молод. Ну, и что? Он молод по нашим с вами меркам. Знаете, Толя, мне случалось просматривать свои ранние, юношеские записи, а потом записи другие, более поздние, и каждый раз меня удивляло, насколько я, ранний, умнее, талантливее, если можно так сказать – гениальнее себя сегодняшнего. Оказывается, в юности я знал, понимал, чувствовал этот мир куда более, чем теперь. К чему я это? Возраст Ковалева – это не причина для умаления его достоинств... возможностей, которых мы не знаем!

ГРИГОРЬЕВ
Кажется, я понимаю...

ВАРТАНЯН
Вспомнили себя в юности?

ГРИГОРЬЕВ
(улыбается)
Да...

ВАРТАНЯН
Я очень рад, Толя, что вы меня навестили, мне хочется продолжить удовольствие от нашей встречи: тут рядом есть тихое, уютное кафе – пойдемте!

Вартанян встает. Встает и Григорьев. И тут же раздается звонок мобильного телефона. Григорьев достает мобильник, нажимает на клавишу вызова.

ГРИГОРЬЕВ
Да. Нет, не могу, я занят. Говорила... Ну, что поделаешь? Все, до встречи!

Григорьев нажимает на клавишу отбоя.

ВАРТАНЯН
(деликатно)
Ваша знакомая звонила?

ГРИГОРЬЕВ
Да. Саша Смолянская. Да вы ее знаете – у нас в институте работает...

ВАРТАНЯН
Припоминаю, да. Звоните ей, пусть приезжает. Пусть Сашенька будет царицей нашего стола! Звоните, звоните... Скажите, что приглашаю я...

Григорьев нерешительно смотрит на Вартаняна, потом достает телефон, быстро нажимает на клавиши...

ИНТ. КАФЕ - ВЕЧЕР

Вартанян, Григорьев и Саша сидят за столиком в кафе, у окна. Приглушенный свет, тихая музыка.

ВАРТАНЯН
«Состояние безотносительности» - вы только прислушайтесь к этой формулировке! Вам это ни о чем не говорит?

Григорьев, в задумчивости, смотрит на своего учителя.

ВАРТАНЯН
Теория относительности, рано или поздно, была бы открыта человечеством. Не Энштейном, так кем-нибудь другим. Но «теорию безотносительности» не откроют и не создадут – никогда! Это мир, куда не проникнет наука...

Саша, услышав последнюю фразу, улыбается. Вартанян замечает ее улыбку, и тоже улыбается.

ВАРТАНЯН
Вот, смотрите – Сашеньке нравится! Женщинам нравятся тайны мира, потому что они оберегают женские тайны. Попробуйте сказать женщинам, что их тайны нам известны – обидятся!

САША
(смеется)
Скажите!

ВАРТАНЯН
Нет, не буду! Не люблю обижать женщин. Посмотрите на окружающих, Толя, посмотрите на нас с вами: обычные лица обычных людей. Да, Сашенька, вы тоже посмотрите... Каждый из нас – это «человек в футляре», «черный ящик». Что там происходит? Что-нибудь особенное? Будем уважать людей: предположим, что «особенное» происходит в каждом человеке. Но невозможно представить, что любой человек, изолированный в сурдокамере, обратится в свет! Поэтому, в случае с Ковалевым, вам повезло: это тот «черный ящик», который...

ГРИГОРЬЕВ
А что такое, этот свет?

ВАРТАНЯН
Не знаю... Может быть, та самая «теория безотносительности», которая не существует – абсолют, источник всего живого... и мертвого? Ваш рассказ, Толя, напомнил мне об опытах, проводившихся в шестидесятых годах на Западе: там исследовалось влияние ЛСД на психику человека. Что интересно: среди прочих добровольцев согласие на проведение опыта дал один священник. Дальше еще интересней: после пережитой им мистерии – вселенской, христианской – наступила кульминация: он, по его словам, попал в самый что ни на есть энергетический центр, свет, безмолвие...

ГРИГОРЬЕВ
Хм, наркотики?

ВАРТАНЯН
Дело не в наркотиках. Я о другом говорю: остальные испытуемые переживали какие угодно другие состояния, но ни в какой энергетический центр не попадали. Потому что остальные испытуемые не были священниками, а это значит, что направленность внимания у них была другая, на другие объекты и смыслы. А это значит, что в случае с вашим испытуемым, Ковалевым, речь, скорее всего, идет о специфике направленности его внимания.

ГРИГОРЬЕВ
Ну, и где же тут наука, Рубен Оскарович?

ВАРТАНЯН
Я нахожусь в том возрасте, Толя, который позволяет мне выйти за рамки научного поля, и игнорировать, в том числе, свои собственные научные труды...

Вартанян переводит взгляд на Сашу, улыбается.

ВАРТАНЯН
Сашенька, извините, мы тут все говорим, говорим, а вы молчите...

САША
Не извиняйтесь, мне интересно вас слушать!

ВАРТАНЯН
Говорить мы можем много и долго. Нам важно о вас не забывать!

САША
А вы и не забываете: в том, что вы говорите, столько... боюсь сказать!

ВАРТАНЯН
Скажите, не бойтесь.

САША
(с улыбкой)
Столько эротизма!

ВАРТАНЯН
Вот!
(поднимает палец, тоже улыбается)
Если бы люди знали, чем, на самом деле, занимаются нейрофизиологи, конструкторы космических ракет, ученые, инженеры... Эросом! Молодец, Сашенька, у вас потрясающее чутье, проницательность! Я хочу выпить за вас! Давайте еще по пятьдесят...

Вартанян делает подзывающий жест официанту...

НАТ. УЛИЦА – ОКНО КАФЕ - ВЕЧЕР

С улицы, через окно кафе, видны все трое: Вартанян, Саша и Григорьев. Идет оживленный, веселый разговор, и видно, как на реплики улыбающегося Вартаняна взрываются веселым смехом Григорьев и Саша...

ИНТ. НИИ – КАБИНЕТ ДИРЕКТОРА - ДЕНЬ

В кабинет директора НИИ, СЕРГЕЯ ВАЛЕРЬЯНОВИЧА, входит Григорьев.

ГРИГОРЬЕВ
Вызывали, Сергей Валерьянович?

СЕРГЕЙ ВАЛЕРЬЯНОВИЧ
Добрый день, Анатолий Николаевич, мы получили извещение из Академии. Вот, ознакомьтесь...

СЕРГЕЙ ВАЛЕРЬЯНОВИЧ берет со стола конверт, протягивает Григорьеву.

ГРИГОРЬЕВ
Что, моя кандидатура отклонена?

СЕРГЕЙ ВАЛЕРЬЯНОВИЧ
В общем, да... Все равно ознакомьтесь!

Григорьев быстро пробегает глазами по тексту.

СЕРГЕЙ ВАЛЕРЬЯНОВИЧ
Не переживайте, Анатолий Николаевич, мы же с вами говорили: раз отклонили, другой, а на третий раз… как раз и будет. К тому времени еще опубликуете работы… Я поговорю с Николаем Васильевичем – в вашем случае его поддержка будет решающей.

ГРИГОРЬЕВ
Хорошо, спасибо...

ИНТ. НИИ – КОРИДОР - ДЕНЬ

По коридору института быстрым шагом идет Григорьев. Саша выходит из кабинета, видит его удаляющуюся фигуру.

САША
Толя!

Григорьев продолжает идти. Саша догоняет его.

САША
Толя, что случилось?

ГРИГОРЬЕВ
Со мной? Ничего!
(неожиданно поворачивается)
Тебе не стыдно?! Я женатый человек! Тебе не стыдно спать с женатым человеком?!

Саша, опешив от неожиданности, смотрит на Григорьева.

САША
(тихо, едва слышно)
Толя, я замужняя женщина… Тебе не стыдно? Спать со мною?..

Саша поворачивается и быстро уходит прочь.

ИНТ. КВАРТИРА ГРИГОРЬЕВА - ВЕЧЕР

Григорьев сидит в своей комнате, за столом, просматривает бумаги, делает записи. В комнату входит Алла, прислоняется спиной к дверному косяку, молчит.

АЛЛА
Мои знакомые видели тебя с женщиной...

ГРИГОРЬЕВ
С одной? А почему не с двумя, или не с тремя? Если с кем и видели, то с какой-нибудь сотрудницей института, но это... работа, обсуждение какой-нибудь проблемы... научной! Или студентка могла подойти, поздороваться...

АЛЛА
Твои знакомые видели меня с мужчиной?

ГРИГОРЬЕВ
Мои знакомые вообще тебя не видят...

АЛЛА
И не увидят!

Григорьев задумчиво смотрит на жену.

ГРИГОРЬЕВ
Да? Но это... не факт.

АЛЛА
Не факт.

ГРИГОРЬЕВ
Алла, ты видишь, я работаю.
(пауза)
У нас не жизнь, а какое-то... бессмысленное толкание телами!

АЛЛА
Ну... ты неплохо «толкаешься»!

ГРИГОРЬЕВ
Это все, что тебе нужно?

АЛЛА
Ну, что ты, дорогой, конечно, нет. Но ты подумай: может, нам пора объединить спальни?

ГРИГОРЬЕВ
А, по-моему, нам пора развестись!

АЛЛА
Господи, еще не легче!..

ИНТ. МЕДИЦИНСКИЙ ИНСТИТУТ – АУДИТОРИЯ - ДЕНЬ

Григорьев завершает чтение лекции студентам.

ГРИГОРЬЕВ
Нет, все явления в человеческой психике нейрофизиология сегодня объяснить не может. Их не то чтобы много, этих явлений... Это бесконечность, космос, в который мы только-только начинаем проникать!

Григорьев ненадолго замолкает, и говорит уже тише, как будто самому себе.

ГРИГОРЬЕВ
(продолжая)
И если мы сумеем сегодня, завтра или послезавтра познать и объяснить их все, мне кажется – жизнь тут же и кончится...

5-Й СТУДЕНТ
Почему?

ГРИГОРЬЕВ
Почему? Ну, кроме того, что я ученый, я еще и человек, вот с этой позиции и отвечу: если возможно будет объяснить все, то человек – «венец творения» - окажется примитивным венцом примитивного творения. Стоило ли копья ломать? Да, как ученый, я обижаю человека, обижаю людей, обижаю художников и поэтов, обижаю влюбленных и верующих, объясняя, какими химическими или иными процессами в мозгу провоцируется их деятельность, их чувства, эмоции, мысли! Но я не отрицаю тайну...

5-Й СТУДЕНТ
Кто-то обходится и без тайн.

ГРИГОРЬЕВ
Да, есть такие люди. Может быть, их много... А другие...

Григорьев опять замолкает, смотрит на пролетевших за окном голубей.

ГРИГОРЬЕВ
(продолжая)
Смотрите: ни одно животное или птица не выберут добровольное заточение, изоляцию, чтобы исследовать себя, или... хорошо, пусть – для достижения религиозного экстаза. А человек... пусть их немного, этих людей, очень немного, но почему-то они соглашаются на эту изоляцию, или даже ищут ее сами... для достижения... ненаучных целей. И в нашем институте эти опыты проводятся. В частности, одним из испытуемых был студент вашего курса Илья Ковалев. Кстати, где он? Что-то я его давно не видел...

3-Й СТУДЕНТ
Он ушел, Анатолий Николаевич.

ГРИГОРЬЕВ
Ушел? Что вы имеете в виду?

3-Й СТУДЕНТ
Ушел из института – больше не учится.

Григорьев молчит, о чем-то думает.

ГРИГОРЬЕВ
Вот видите, некоторые эксперименты чреваты последствиями...

ИНТ. МЕДИЦИНСКИЙ ИНСТИТУТ – ДЕКАНАТ - ДЕНЬ

В кабинет входит Григорьев.

ГРИГОРЬЕВ
Валентин Семенович, что с нашим студентом – Ковалевым?

ВАЛЕНТИН СЕМЕНОВИЧ
Ковалев? Он уже не наш, и не студент: написал заявление, забрал документы...

ГРИГОРЬЕВ
Вот как? Жаль...

ВАЛЕНТИН СЕМЕНОВИЧ
Не то слово! Я отказывался подписывать заявление.

ГРИГОРЬЕВ
А почему же меня в известность не поставили? Я бы поговорил с ним...

ВАЛЕНТИН СЕМЕНОВИЧ
А с ним говорили: и я, и Лев Моисеевич.

ГРИГОРЬЕВ
Он чем-то мотивировал свой уход?

ВАЛЕНТИН СЕМЕНОВИЧ
Сейчас мотивировка одна – нет денег на учебу.

ГРИГОРЬЕВ
И бюджетные места, конечно, все заняты?

ВАЛЕНТИН СЕМЕНОВИЧ
Разумеется.

ГРИГОРЬЕВ
Ну, что ж...

ВАЛЕНТИН СЕМЕНОВИЧ
Как ваши исследования, Анатолий Николаевич, продвигаются?

ГРИГОРЬЕВ
Да.

ВАЛЕНТИН СЕМЕНОВИЧ
Успешно?

ГРИГОРЬЕВ
Последним испытуемым в эксперименте как раз и был Ковалев. Результаты могли быть интересными, более чем...

ВАЛЕНТИН СЕМЕНОВИЧ
Да? Надеюсь, другие испытуемые не подведут... Удачи вам!

ИНТ. ДОМ В СПАЛЬНОМ РАЙОНЕ – ЛЕСТНИЦА - ДЕНЬ

Григорьев выходит из лифта, находит нужную ему квартиру, нажимает на кнопку звонка.

ВЕРА ЮРЬЕВНА
(голос раздается из-за двери)
Кто там?

ГРИГОРЬЕВ
Откройте, пожалуйста. Илья Ковалев здесь живет?

Дверь открывается, на пороге стоит ВЕРА ЮРЬЕВНА, мать Ильи Ковалева.

ВЕРА ЮРЬЕВНА
Здесь. А вы кто?

ГРИГОРЬЕВ
Я Григорьев Анатолий Николаевич, преподаю в институте, где учился ваш сын. Мне надо поговорить с Ильей.

ВЕРА ЮРЬЕВНА
Илюши нет...

ГРИГОРЬЕВ
А когда будет?

ВЕРА ЮРЬЕВНА
Уехал он, в монастырь...

ГРИГОРЬЕВ
В монастырь? Зачем?!

ВЕРА ЮРЬЕВНА
Не знаю. Приспичило вдруг...

Григорьев, растерянный, отходит к ступенькам лестницы. Вдруг поворачивается, возвращается к ВЕРЕ ЮРЬЕВНЕ, наблюдающей за ним.

ГРИГОРЬЕВ
А позвонить ему можно?

ВЕРА ЮРЬЕВНА
Он телефон дома оставил.

ГРИГОРЬЕВ
Вот как? Если Илья... Ой, извините, я не спросил, как вас зовут...

ВЕРА ЮРЬЕВНА
Вера Юрьевна.

ГРИГОРЬЕВ
Вера Юрьевна, Илья – способный студент. Поэтому, если он вдруг захочет вернуться в институт, я буду активнейшим образом содействовать его восстановлению.

ВЕРА ЮРЬЕВНА
Спасибо, я передам Илюше. Не знаю только, как скоро это будет...

ГРИГОРЬЕВ
Вот это жаль: мне надо увидеть его, срочно! До свидания, Вера Юрьевна. Как приедет, пусть сразу мне позвонит!..

ВЕРА ЮРЬЕВНА
Я передам. До свидания...

ВЕРА ЮРЬЕВНА закрывает дверь. Григорьев подходит к лифту, нажимает на кнопку – раздается звук подъемного механизма.

ГРИГОРЬЕВ
(бормочет)
Монастырь... дикость какая...

НАТ. ДОМ В СПАЛЬНОМ РАЙОНЕ – УЛИЦА - ДЕНЬ

Григорьев выходит из парадной, делает несколько шагов к тротуару и здесь останавливается, стоит в задумчивости. Неожиданно поворачивается и решительно идет обратно, к парадной...

ИНТ. ДОМ В СПАЛЬНОМ РАЙОНЕ – ЛЕСТНИЦА - ДЕНЬ

Вера Юрьевна открывает дверь, вопросительно смотрит на Григорьева.

ГРИГОРЬЕВ
А в какой монастырь? Адрес у вас есть?

НАТ. ЖЕЛЕЗНАЯ ДОРОГА - ДЕНЬ

Рельсы. Мчащаяся электричка.
В этой электричке, у окна, сидит Григорьев, смотрит на пробегающие мимо леса, поселки, поля...

НАТ. АВТОБУСНАЯ ОСТАНОВКА - ДЕНЬ

Дождь. На автобусной остановке, под навесом, сидит Григорьев...

НАТ. АВТОБУСНАЯ ОСТАНОВКА - ДЕНЬ

Подходит автобус. Григорьев, и вместе с ним несколько человек, заходят в автобус, рассаживаются по свободным местам. Автобус трогается с места…

НАТ. МОНАСТЫРЬ - ДЕНЬ

Монастырь. За стенами монастыря возвышаются купола собора. Колокольный звон...

НАТ. МОНАСТЫРЬ – ПОДВОРЬЕ - ДЕНЬ

Григорьев оглядывается вокруг. Увидев старца, направляется к нему.

ГРИГОРЬЕВ
Добрый день!

ОТЕЦ НИКОДИМ
Добрый!

ГРИГОРЬЕВ
Я хотел спросить... Как вас зовут?

ОТЕЦ НИКОДИМ
Отец Никодим.

ГРИГОРЬЕВ
А меня – Анатолий Николаевич. Я в институте преподаю, ищу студента, мне сказали – он в ваш монастырь подался.

ОТЕЦ НИКОДИМ
Как зовут?

ГРИГОРЬЕВ
Ковалев. Илья Ковалев.

ОТЕЦ НИКОДИМ
Не знаю... Не слышал...

ГРИГОРЬЕВ
Он недавно приехал! Послушайте, отец Никодим, я спросить у вас хочу...

ОТЕЦ НИКОДИМ
Спрашивайте.

ГРИГОРЬЕВ
Ковалев был участником эксперимента: изоляция... в сурдокамере. Говорит, что пережил необычное состояние – в свет превратился. Вы можете объяснить, что это такое?

ОТЕЦ НИКОДИМ
В свет?
(задумывается)
Он крещеный?

ГРИГОРЬЕВ
Не знаю.

ОТЕЦ НИКОДИМ
Если крещеный, то благодать Божья – Дух святой снизошел. А если некрещеный – искушение от лукавого. Свет, он разный бывает: иным светочем можно в потемки увести...

ГРИГОРЬЕВ
Вот так все просто?

ОТЕЦ НИКОДИМ
Вы кто, ученый? Я в ваших премудростях не разбираюсь. Могу только сказать, что премудрые приходят к нам. Есть и такие, кто от этого мира отрекается...

ГРИГОРЬЕВ
Рекомендуете обратиться к ним?

ОТЕЦ НИКОДИМ
Нет. Вряд ли они вам ответят: чем ближе человек к Богу, тем больше молчания...

ГРИГОРЬЕВ
(оглядывается)
Где ж мне его найти?

ОТЕЦ НИКОДИМ
А вон там посмотрите: видите, трудники работают. Может, там он и есть, ваш студент...

Старец показывает в сторону ремонтируемой постройки. Григорьев смотрит в указанном направлении...

НАТ. МОНАСТЫРЬ – ПОДВОРЬЕ - ДЕНЬ

Небольшое строение на территории монастыря, обнесенное лесами. На лесах рабочие штукатурят кирпичную стену постройки.
Ковалев несет ведерко с краской, идет в сторону ремонтируемого здания.

ГРИГОРЬЕВ
Илья!

Ковалев оглядывается на оклик, видит Григорьева – тот быстрыми шагами идет в его сторону. Подходит и останавливается перед Ковалевым.

ГРИГОРЬЕВ
Ну, здравствуйте, Илья!

КОВАЛЕВ
Здравствуйте, Анатолий Николаевич.

ГРИГОРЬЕВ
Удивлены?

КОВАЛЕВ
В общем, да... Не ожидал!

ГРИГОРЬЕВ
Что, где, как тут у вас?
(оглядывается вокруг)
Жесткая дисциплина: подъем, отбой? Мне надо с вами поговорить.

КОВАЛЕВ
Да, конечно...

НАТ. МОНАСТЫРЬ – ПОДВОРЬЕ - ДЕНЬ

Григорьев и Ковалев стоят в тени деревьев, у спиленного дряхлого ствола. Солнечные лучи, пробиваясь через колышимую ветром листву, играют на их лицах. За деревьями виден храм, монастырские постройки. По подворью неспешно передвигаются монахи, верующие...

ГРИГОРЬЕВ
Что, Илья, перековали науку на кадило? Вы сюда надолго? Я не разбираюсь, вы теперь кто: поп, монах, священник?

КОВАЛЕВ
Нет.

ГРИГОРЬЕВ
Зачем бросили институт? Одно другому мешает?

КОВАЛЕВ
(помедлив)
Да, нет...

ГРИГОРЬЕВ
Илья, ну, что же вы со мной-то делаете? Я думал... Если ваше переживание действительно было грандиозным, то почему вы здесь?! Нет, я не спорю: если общество не дает человеку этого грандиозного, то... в своих поисках... он идет в религию. Не потому, что нашел это грандиозное, а потому что продолжает искать! Но вы-то нашли! Так мне казалось... А вот это все...

Григорьев обводит глазами монастырские постройки, храм.

ГРИГОРЬЕВ
И получается, что вы обманули... меня. И себя!..

Григорьев садится на спиленный ствол дерева.

ГРИГОРЬЕВ
Что вы молчите? Присаживайтесь...

Илья садится рядом.

ГРИГОРЬЕВ
Вы говорили, что помехи невозможно устранить, можно лишь отойти от них... подальше! Думаете, далеко отошли, приехав сюда? Да вы в самое пекло попали! В любой религии есть свои правила, каноны, обязанности. Куда повернуться, да сколько раз, да свои прихлопы и притопы! А еще теология, история церкви, количество святых, и на каждый случай своя молитва... которые надо учить! Тактический и стратегический отпор другим конфессиям – по-ли-ти-ка!! Вам это надо? И чем это отличается от того, от чего вы ушли? Да здесь помех – немерено!!

Григорьев встает, нервно прохаживается перед Ковалевым.

ГРИГОРЬЕВ
Я не против Бога, нет! Не за, и не против. И в отличие от вас я, наверное, и про религии больше знаю. Поэтому я знаю... знаю... да...

КОВАЛЕВ
Хотите сказать, что религия – это тоже продукт деятельности мозга?

ГРИГОРЬЕВ
Да, сказать так хочется... Есть факты, известные закономерности... Да, мы знаем, некоторые религиозные подвижники выбирают отшельничество, изоляцию как способ достижения... определенных состояний, но...
(смотрит на черные фигурки монахов вдали, у храма)
Странно, я как-то об этом не думал... Было бы интересно избрать таких людей для проведения наших опытов! Вон того... или того! И того тоже! В этом случае появился бы шанс объяснить, с точки зрения нейрофизиологии, происходящие у них процессы в нервной системе, в мозгу...

КОВАЛЕВ
Они не пойдут!

ГРИГОРЬЕВ
(смеется)
Точно! А знаете, почему? Они испугаются, будут сопротивляться, потому что и они, и мы знаем, что в среде духовенства мы нарвемся на массу обычных людей, опыты с которыми не дадут пиков религиозного состояния... пока предполагаемых! И в результате программу придется свернуть, и насчет религии не обольщаться больше никогда. Впрочем, сам принцип религиозного обольщения уже давно и слишком хорошо известен...

КОВАЛЕВ
Я не обольщаюсь.

ГРИГОРЬЕВ
Вот как? Тогда в чем дело?

КОВАЛЕВ
Анатолий Николаевич, я...
(пауза)
Вы хотите продолжить эксперимент?

ГРИГОРЬЕВ
Да.

КОВАЛЕВ
А я не хочу.

ГРИГОРЬЕВ
Почему?

КОВАЛЕВ
Я просто знаю то, что я знаю – мне этого достаточно.

ГРИГОРЬЕВ
Но этого недостаточно мне, потому что я не знаю, что знаете вы!

КОВАЛЕВ
Я пытался рассказать вам...

ГРИГОРЬЕВ
Пытались, да.

КОВАЛЕВ
Вы что-нибудь поняли?

ГРИГОРЬЕВ
Ну...

КОВАЛЕВ
Это надо пережить, чтобы понять. А когда вы это переживете, вам и понимание окажется ненужным.

ГРИГОРЬЕВ
Вы сюда приехали, чтобы это опять пережить?

КОВАЛЕВ
Нет. Я не против того, чтобы это еще раз случилось. Но и одного раза достаточно... На всю жизнь...

ГРИГОРЬЕВ
Дух святой снизошел? Понятно... Возвращайтесь в институт, Илья – я не буду настаивать на продолжении эксперимента.

НАТ. АВТОБУСНАЯ ОСТАНОВКА - ДЕНЬ

Григорьев и Ковалев стоят на автобусной остановке, чуть в стороне от небольшой группы людей. На дороге виден приближающийся автобус. Григорьев оглядывает окрестности, переводит взгляд на монастырь, потом на деревню, рядом с которой, на холме, среди деревьев, стоит еще одна церквушка.

ГРИГОРЬЕВ
Да, если нет домика в деревне, то монастырь – неплохая альтернатива: тихо, птички поют... Вдали от городской чертовщины!..

КОВАЛЕВ
Трудно жить на планете одному...

ГРИГОРЬЕВ
(рассеяно)
Трудно, да...

Останавливается подошедший автобус. Из него выходит несколько человек, и несколько человек садятся в автобус.

ГРИГОРЬЕВ
Возвращайтесь, Илья!
(обменивается с Ковалевым рукопожатием)
В городскую чертовщину!

Григорьев становится на подножку автобуса. Вдруг оборачивается, с веселой искрой в глазах.

ГРИГОРЬЕВ
А, кстати, почему трудно жить на планете одному?

КОВАЛЕВ
Потому что Бог не нуждается в наших доказательствах...

Автобус медленно трогается с места. Через заднее стекло Григорьев смотрит на удаляющуюся неподвижную фигуру Ковалева...

НАТ. БЕРЕГ ОЗЕРА - ВЕЧЕР

Вечерняя заря. На берегу, у крайних к озеру сосен, стоит «девятка», автомобиль Рубена Оскаровича Вартаняна. Неподалеку разведен костер. У костра – Григорьев и Вартанян.

ВАРТАНЯН
Значит, юноша ушел в монастырь? Если правы вы, если у него была галлюцинация, он там останется, в монастыре. Если прав я, он оттуда уйдет...

ГРИГОРЬЕВ
Если правы вы? Но вы мне ничего не говорили!

Вартанян чему-то улыбается, укладывая очередное полено в костер.

ВАРТАНЯН
А я и сейчас ничего не скажу... Смотрите, Толя, как хорошо, как тихо. Никого вокруг...

Григорьев смотрит на гладь озера, на противоположный берег.

ГРИГОРЬЕВ
Скажите, Рубен Оскарович, вы посвятили науке всю жизнь... Есть хоть какой-то смысл в том, чем мы занимаемся, в наших исследованиях?

ВАРТАНЯН
Хороший вопрос. Важный! Для меня важный...

Вартанян укладывает в костер последнее полено, надолго задумывается.

ВАРТАНЯН
Смысл есть, конечно... Но то, к чему я пришел, не имеет к науке никакого отношения...

ГРИГОРЬЕВ
Вот как? Интересно.

Вартанян сидит у костра, на колоде, смотрит на гладь озера.

ВАРТАНЯН
После моей смерти, Толя... и после вашей тоже... люди узнают еще немножко о мозге... потом еще и еще... Но, даже если когда-нибудь они узнают о мозге абсолютно все, мне будет неинтересно это знание.

ГРИГОРЬЕВ
Почему?

ВАРТАНЯН
Удивлены?

ГРИГОРЬЕВ
Не то слово! С вами что-то случилось?

ВАРТАНЯН
Случилась жизнь, всего-навсего...

ГРИГОРЬЕВ
С кем она не случается!

ВАРТАНЯН
Со мною случилась моя жизнь.

ГРИГОРЬЕВ
И... чем она отличается от других?

ВАРТАНЯН
Ну, как-то трудно сразу сказать... Взглядом, отношением, тональностью...

ГРИГОРЬЕВ
Знаниями?

ВАРТАНЯН
Мои знания никому не нужны!

ГРИГОРЬЕВ
Вы – выдающийся нейрофизиолог, у вас столько учеников!..

ВАРТАНЯН
(продолжает перечисление)
Научные труды, звания... Это все ерунда! Есть еще и другое знание, и вот этого другого как раз и не передать.

ГРИГОРЬЕВ
Что, никак?

ВАРТАНЯН
(поправляет палкой дрова в костре)
Я пытался... Люди такие разные... и при этом такие одинаковые! Я даже могу их предсказать...

ГРИГОРЬЕВ
И меня?

ВАРТАНЯН
В каком-то смысле...

ГРИГОРЬЕВ
А себя предсказать можете?

ВАРТАНЯН
В каком-то смысле...

ГРИГОРЬЕВ
А свои галлюцинации можете предсказать? Если вас изолировать в сурдокамере...

ВАРТАНЯН
Вот этого не могу.

ГРИГОРЬЕВ
А согласились бы пойти добровольцем, в качестве испытуемого?

ВАРТАНЯН
Нет.

ГРИГОРЬЕВ
Почему?

ВАРТАНЯН
Возраст. Изоляция, в том смысле, какой мы в нее вкладываем, требует особого сосредоточения, напряжения, какого-то внутреннего устремления. Мое «топливо» исчерпано. Теперь у меня своя «сурдокамера»: вон, смотрите, там тоже костер горит...
(показывает на пламенеющую точку на противоположном берегу озера)
И тоже тихо, как и здесь...

Григорьев смотрит на костер на противоположном берегу.

ВАРТАНЯН
Знаете, Толя, когда я умру...

ГРИГОРЬЕВ
Ну... какую вы тему затронули! Мне неудобно...

ВАРТАНЯН
Удобно, Толя, удобно... Так вот, мне кажется, после моей смерти здесь меня будет больше, чем в могиле... Приезжайте сюда, посидите в тишине... И костер не забудьте развести!..

НАТ. МИХАЙЛОВСКИЙ САД – АЛЛЕЯ - ВЕЧЕР

Григорьев и Саша идут по аллее Михайловского сада. Солнце, тени от колышущейся листвы деревьев на аллее, на газонах.

ГРИГОРЬЕВ
Что, товарищ научный сотрудник, к гадалке не ходила?

САША
И в мыслях не было!

ГРИГОРЬЕВ
Да, ну? Весь мир из этих мыслей и состоит: дама, валет, король, казенная дорога, казенный дом, и так далее...

САША
Король и дама – это мы?

ГРИГОРЬЕВ
Нет, я – «казенные хлопоты»... Сядем!

Григорьев и Саша садятся на свободную скамейку.

ГРИГОРЬЕВ
Знаешь, в наших отношениях было что-то неожиданное, а потом... Все сложилось в какое-то правило, даже обязанность. Не хочу!

САША
Боже, какие переживания! Я же тебя ни к чему не обязывала и не обязываю. Хочешь, будем вместе, не хочешь – не будем. Хочешь – будем встречаться раз в год, или раз в пять лет. Не хочешь – никогда...

ГРИГОРЬЕВ
Ты серьезно?

САША
Да. Давай расстанемся... по-человечески! – только без обид...

ГРИГОРЬЕВ
Да не хотел я обижать, я другое имел в виду!

САША
Знаю. Ты мне, как человек, дорог...

ГРИГОРЬЕВ
Ну, вот...

САША
Правда, Толя!

ГРИГОРЬЕВ
(с улыбкой)
А как бойфренд... не первой молодости, я тебя не интересую?

САША
О-о!

ГРИГОРЬЕВ
Интриганка! И что ты во мне нашла? Обычный человек с обычными заботами – рутина...

САША
Ну, вот, сейчас начнется! Кто из нас интриган, так это ты!
(смеется, опять становится серьезной)
Я с тобой мир вижу как-то иначе, и себя в нем...

ГРИГОРЬЕВ
А это, дорогая, каждый должен уметь сам, без чьей бы то ни было помощи...

САША
У меня без тебя не получается.

ГРИГОРЬЕВ
И что ты предлагаешь?

САША
Тебе не стыдно спать с замужней женщиной?

ГРИГОРЬЕВ
Мне? Не стыдно.

САША
Хочешь, сестре позвоню? Пусть подруг своих навестит...

ГРИГОРЬЕВ
Не надо. Пойдем, просто посидим где-нибудь...

Григорьев и Саша встают со скамейки, идут по аллее.

ГРИГОРЬЕВ
Ты сама сказала: «Раз в пять лет».

САША
Но сначала я сказала: «Раз в год»!

ГРИГОРЬЕВ
Ну, и что?

САША
А этот год еще не начался – его нужно отметить!

ГРИГОРЬЕВ
Ох, Сашка, по-моему, как бойфренд я тебя интересую больше, чем как человек...

Саша смеется...

ИНТ. НИИ - ЛАБОРАТОРИЯ - ДЕНЬ

Надежда Александровна, Саша, Константин и Наташа слушают, что им говорит Григорьев, возбужденно вышагивающий туда и обратно, между столами.

ГРИГОРЬЕВ
Поиск кода мысли – это дикая дробность, невообразимый лабиринт! И при этом кто-то утверждает, что задача изучения сущности так называемого идеального должна быть поставлена, и считает ее поставленной сегодня! Так надо выйти из лабиринта, надо подняться над ним, как бы грандиозен он не был, надо перешагнуть его, чтобы приблизиться к этому идеальному!

КОНСТАНТИН
Хорошо, нам повезло: мы приблизились, достигли этого идеального, постигли его – какое практическое применение это будет иметь?

Григорьев на несколько мгновений задумывается, и вдруг улыбается.

ГРИГОРЬЕВ
Никакого! Практическое применение – это требование социальной шкуры, в которой находится человек.

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Но, в таком случае, это направление не имеет перспектив...

КОНСТАНТИН
(иронизирует)
Ну, почему? Создадим таблетки, с помощью которых человек будет достигать идеального! Кстати, таблетки будут очень дорогими... Патент, бизнес... С удешевлением технологии продукт станет массовым: население земли в кратчайшие сроки достигнет идеального, социум рухнет. Осиротевшие президенты, главы государств будут бродить среди бесчувственных тел своих подданных, достигших запредельного...

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
А идеальное – это запредельное? И в таблетках – цианид?

САША
(улыбается)
Засучиваем рукава?

ГРИГОРЬЕВ
Стоп! Давайте по существу... Итак, в обычном активном, бодрствующем состоянии физиологическая динамика в мозге исследуемых очень дробная. Во время глубокого сна, или релаксации – мозг действует более крупными блоками. В случае с Ковалевым, полагаю, мозг действовал, как единый, монолитный блок, без всяких дробностей – крупных или мелких... Это уникально! И уникально еще и тем, что Ковалев, даже если он не понимает, как он это делает – достигает этого! Но как? Господи, если б ты знал, как мне нужен Ковалев!

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Так позвоните ему.

ГРИГОРЬЕВ
Кому – Господу?!

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Ковалеву.

ГРИГОРЬЕВ
В монастырь?!

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Может, он вернулся...

ГРИГОРЬЕВ
(останавливается, как вкопанный)
Давайте телефон!

Надежда Александровна достает блокнот, показывает номер телефона. Григорьев набирает номер.

ГРИГОРЬЕВ
Вера Юрьевна? Это Григорьев Анатолий Николаевич, здравствуйте! Как у вас дела, Илья вернулся? Нет? Да, я был там, говорил с Ильей, уговаривал вернуться... Нет, он в порядке, выглядит хорошо – природа, свежий воздух. Он вам звонил, нет? Жаль... Вера Юрьевна, у меня к вам просьба: если Илья появится, пусть сразу свяжется со мной. Хорошо? Спасибо, буду ждать с нетерпением. До свидания...

Григорьев нажимает на клавишу отбоя, смотрит на Надежду Александровну.

ГРИГОРЬЕВ
Что и требовалось доказать...

КОНСТАНТИН
И что теперь?

Григорьев нервно барабанит пальцами по столу. Вдруг прекращает стук, поднимает глаза на коллег.

ГРИГОРЬЕВ
У вас наручники есть?

КОНСТАНТИН
Нет. В смете такой прибор не предусмотрен... А зачем?

ГРИГОРЬЕВ
Я на него наручники надену, в кандалах привезу!..

Григорьев стремительно выходит из кабинета.

НАТ. ЖЕЛЕЗНАЯ ДОРОГА - ДЕНЬ

Рельсы. Мчащаяся электричка...

НАТ. МОНАСТЫРЬ – ПОДВОРЬЕ - ДЕНЬ

Григорьев идет по подворью монастыря, и сразу направляется к ремонтируемой постройке, у которой неспешно занимается своими делами трое рабочих.

ГРИГОРЬЕВ
Добрый день!

ПЛОТНИК
Здравствуйте!

ПЛОТНИК, в расстегнутой рубашке, с нательным крестом на груди, строгает рубанком брус.

ГРИГОРЬЕВ
Илья Ковалев мне нужен, где его найти?

ПЛОТНИК
(перестает строгать)
Илья?

ГРИГОРЬЕВ
Да, работает он здесь.

ПЛОТНИК
(выдергивает набившуюся стружку из рубанка)
Уже не работает...

ГРИГОРЬЕВ
То есть... А где он?

ПЛОТНИК
Ушел. Неделю назад уехал.

ГРИГОРЬЕВ
Куда?

ПЛОТНИК
А не сказал... Ищи его теперь!

ШТУКАТУР
(подает голос сверху, с лесов)
В лесничество он ездил, вроде как работу присматривал...

ГРИГОРЬЕВ
А лесничество далеко?

ШТУКАТУР
Порядочно будет. Рейсов туда нет, на попутке только...

ГРИГОРЬЕВ
Вот те на!.. Что же теперь делать?

ШТУКАТУР
Может, вернется...

ПЛОТНИК
Не вернется – не наш человек...

ГРИГОРЬЕВ
Что значит – «не наш»?

ПЛОТНИК
Мы тут спокойно живем, глухомань. А Илья... звонкий он какой-то... Чужой!

ГРИГОРЬЕВ
Что значит – чужой? У вас конфликты были?

ПЛОТНИК
Не, Илюха не такой. Тихий, молчун. А внутри звенит...

ГРИГОРЬЕВ
(улыбается)
Может, это звон колокольный?

ПЛОТНИК
(штукатуру)
Слышь, чего говорят? Илюху надо было на звонницу повесить, вместо колокола!

ШТУКАТУР
А то!

ГРИГОРЬЕВ
Меня повесьте – я тоже звонкий!

ПЛОТНИК
Не, без благословления отца Никодима не можем... Разве колокольцем на дугу привязать, к тройке лошадей...

ГРИГОРЬЕВ
А что, у вас еще лошади есть?

ПЛОТНИК
(примеривается рубанком, продолжает строгать брус)
Есть пара гнедых...

НАТ. ОКРЕСТНОСТИ МОНАСТЫРЯ – ДЕРЕВНЯ – ЦЕРКОВЬ - ДЕНЬ

Григорьев идет по дороге из монастыря в деревню, идет между дворов, выходит к небольшой церквушке, стоящей на отшибе, на холме, среди деревьев. Эту деревню и церквушку он видел в свой прошлый приезд, издалека...

ИНТ. ЦЕРКОВЬ - ДЕНЬ

Григорьев заходит в церковь, оглядывает убранство: алтарь, иконы, горящие свечи. В церкви малолюдно: священник, продавщица свечей и две молящиеся старухи.

Григорьев наблюдает, как старуха поджигает свечу от свечи, устанавливает ее перед иконой. Подходит к продавщице, протягивает деньги.

ГРИГОРЬЕВ
Мне свечу, пожалуйста.

ПРОДАВЩИЦА
Службу заказывать будете – за здравие или упокой?

ГРИГОРЬЕВ
Спасибо, нет.

Григорьев берет свечу и идет к иконостасу: здесь лики Христа, Богородицы, святых… Обращается к иконе, на которой изображена Богородица. Поджигает фитиль, устанавливает свечу. Опять смотрит на образ, неуверенно начинает креститься...

СВЯЩЕННИК
(подходит сзади)
В первый раз?

ГРИГОРЬЕВ
А что, заметно?

СВЯЩЕННИК
Заметно... Крещеный?

ГРИГОРЬЕВ
Нет. Может, бабушка крестила, когда маленький был... Не знаю – она не сказала.

СВЯЩЕННИК
О чем молишься?

ГРИГОРЬЕВ
Ни о чем... А о чем надо?

СВЯЩЕННИК
О спасении души!

Григорьев молча смотрит на священника.

СВЯЩЕННИК
Городской?

ГРИГОРЬЕВ
Да.

СВЯЩЕННИК
Пойдем, первой молитве научу...

Священник идет к выходу...

НАТ. ЦЕРКОВЬ - ДЕНЬ

Священник выходит с Григорьевым из церкви, подводит к скамейке, вкопанной в землю неподалеку.

СВЯЩЕННИК
Садись.

Григорьев садится, рядом с ним присаживается священник.

СВЯЩЕННИК
Смотри: солнце, небо, земля, деревья...

Григорьев послушно оглядывается, рассматривает расстилающийся перед ним пейзаж.

ГРИГОРЬЕВ
Да, хорошо...

СВЯЩЕННИК
Нет, ты не понял: ты не по отдельности рассматривай, а все сразу принимай.

ГРИГОРЬЕВ
Сразу?

СВЯЩЕННИК
Не умеешь? Попробуй.

ГРИГОРЬЕВ
А молитва какая?

СВЯЩЕННИК
Так это она и есть! Хочешь, к земле пригнись – за мурашами понаблюдай...

ГРИГОРЬЕВ
Как в детстве?

СВЯЩЕННИК
Да ты взрослый, никак? Пойду я! Надумаешь, еще приезжай: крещу тебя и причащу! Другим молитвам научу...

Священник встает, идет в сторону храма. Григорьев смотрит ему вслед, потом задумчиво смотрит на окружающие храм пейзажи...

НАТ. ЦЕРКОВЬ – ОКРЕСТНОСТИ - ДЕНЬ

От церкви, стоящей на холме, тянется пологий и долгий склон. Почти сразу он упирается в деревенские строения, утопающие в зелени. А с другой стороны – река, в одном месте виднеется ее широкий разлив.
Летний полуденный зной, солнце, белые редкие облака, шелест листвы, гудение шмелей...

ИНТ. КВАРТИРА ГРИГОРЬЕВА – ПРИХОЖАЯ - ВЕЧЕР

Григорьев в прихожей снимает куртку, вешает на вешалку.
В дверях появляется Алла, останавливается на пороге комнаты.

АЛЛА
Толя, у вас ЧП в институте.

ГРИГОРЬЕВ
Что случилось?!

АЛЛА
Твоя сотрудница в реанимацию попала...

ГРИГОРЬЕВ
Фу, как ты меня напугала – я думал, оборудование накрылось... У нас много сотрудниц... Надежда Александровна звонила?

АЛЛА
Да, вчера.

ГРИГОРЬЕВ
А что случилось-то?

АЛЛА
Я не запомнила. Что-то с легочной артерией... тромб... Позвони ей, узнай...

ГРИГОРЬЕВ
Как фамилия сотрудницы?

АЛЛА
Смолянская!

ГРИГОРЬЕВ
Саша?!

НАТ. КЛАДБИЩЕ - ДЕНЬ

Ряды могил, памятники, кресты, оградки. Шум листвы кустарников, деревьев над могилами...

НАТ. КЛАДБИЩЕ - ДЕНЬ

Несколько человек стоят у могилы, где только что состоялось захоронение: овдовевший Вячеслав со своей матерью, сестра Саши Полина – со своим отцом. Здесь же Надежда Александровна, Григорьев, Константин и Наташа-лаборантка.
Внезапно раздаются звуки рыдания – это не выдержал и разрыдался Вячеслав…

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Пойдемте, Слава...

Надежда Александровна берет ВЯЧЕСЛАВА под руку, тот послушно идет за ней.

Следом идут МАТЬ Вячеслава и ОТЕЦ Саши, потом Константин и Наташа. Шествие замыкают Полина и Григорьев...

НАТ. КЛАДБИЩЕ - ДЕНЬ

За группой, покидающей место погребения, наблюдает Алла. Она стоит в стороне, за оградами могил, среди редкого кустарника и деревьев, невидимая для невнимательного наблюдателя. А внимательного наблюдателя и нет...

ИНТ. НИИ – ЛАБОРАТОРИЯ - УТРО

Григорьев входит в лабораторию, видит Наташу.

ГРИГОРЬЕВ
Как вы... после вчерашнего?

НАТАША
Не выспалась...

ГРИГОРЬЕВ
Я тоже...
(показывает на сурдокамеру)
Наташа, я там закроюсь на полчасика... на час! Подремлю.

НАТАША
Анатолий Николаевич, нельзя!

ГРИГОРЬЕВ
Мне – можно! Только не говорите никому.

Григорьев входит в сурдокамеру, закрывает за собой дверь...

ИНТ. НИИ – ЛАБОРАТОРИЯ – БАРОКАМЕРА - УТРО

Григорьев в сурдокамере, сидит в кресле, откинув голову на подголовник. Горит крохотная, неяркая лампочка...

ИНТ. НИИ – ЛАБОРАТОРИЯ - УТРО

В лабораторию входит Надежда Александровна.

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Анатолий Николаевич не приходил?

Наташа выразительно показывает в сторону сурдокамеры.

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Он там?

Наташа кивает. Надежда Александровна подходит к приборам, включает монитор. На мониторе появляется картинка: сидящий в кресле Григорьев с неподвижным, застывшим взглядом.

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Что он там делает?

НАТАША
(шепотом)
Не выспался...

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Понятно...

Надежда Александровна отключает монитор, выходит из лаборатории...

ИНТ. НИИ – ЛАБОРАТОРИЯ – СУРДОКАМЕРА - УТРО

Григорьев спит, видит сон...

Медленно падает снег… Снег падает в лаборатории. По заснеженной лаборатории идет Саша, заходит в сурдокамеру, медленно закрывается за ней дверь. Григорьев, через сверхусилие, вдруг оказывается в сурдокамере: тусклое, без границ, пропадающее в черной бесконечности пространство. Свист ветра…

НАТ. ПЕРЕКРЕСТОК НЕВСКОГО ПРОСПЕКТА И КАНАЛА ГРИБОЕДОВА - ДЕНЬ

Шум городского транспорта, солнце. Невский проспект...
Григорьев стоит на набережной канала Грибоедова, у дома Книги, напротив Казанского собора. Смотрит на проезжающие автомобили, на людей, идущих по Невскому...

ИНТ. НИИ – ЛАБОРАТОРИЯ - ДЕНЬ

Григорьев, неожиданно бодрый, стремительный, входит в лабораторию.

ГРИГОРЬЕВ
Надежда Александровна, рукоплещите!

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Браво!
(делает несколько хлопков)
А что случилось?

ГРИГОРЬЕВ
Я сам пойду в барокамеру, в качестве испытуемого!

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
(делает еще несколько хлопков)
Мне надо обдумать ваше решение. Я выйду покурить, вы не возражаете?

ГРИГОРЬЕВ
Курите! Курите все! Пусть курит каждый! Сколько хочет, сколько может!..

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Поощряете развитие рака легких?

ГРИГОРЬЕВ
Поощряю!

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Вступаете в конфликт с обществом?

ГРИГОРЬЕВ
Вступаю!

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Может, меня первой пропустите?

ГРИГОРЬЕВ
Нет! Только после меня... Я ему задам трепку!

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Кому – ему?

ГРИГОРЬЕВ
Мозгу! Пусть поголодает! Я его оседлаю! Ишь, чего захотел!..

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Он чего-то хочет?

ГРИГОРЬЕВ
Он хочет меня обмануть, запутать, превратить в труху!..

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Понятно... Вступили в личные отношения со своим мозгом?

ГРИГОРЬЕВ
Вступил!

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Конфликт?

ГРИГОРЬЕВ
Он самый! Мозг обманывает нас всех, потому что мы хотим быть обманутыми!..

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Это не научный подход – поэзия какая-то… Анатолий Николаевич, в таком состоянии вас нельзя изолировать в сурдокамере – вы ее в клочки разнесете.

ГРИГОРЬЕВ
Ничего, обшивка выдержит удары моего тела!

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Сомневаюсь... И Сергей Валерьянович будет против!

ГРИГОРЬЕВ
Я с ним поговорю.

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
М-да, неожиданное решение...

ГРИГОРЬЕВ
И очень интересное. Очень! Я к Сергею Валерьяновичу...

Григорьев направляется к дверям. Дверь открывается и в кабинет входит Константин.

ГРИГОРЬЕВ
Здравствуйте, Константин!

Константин растерянно пожимает протянутую Григорьевым руку.

КОНСТАНТИН
Мы сегодня уже виделись...

ГРИГОРЬЕВ
Давно?

КОНСТАНТИН
Час назад.

ГРИГОРЬЕВ
То есть, в эпоху доисторическую? Вы пропустили, Константин, наступление новой эры!

Григорьев выходит из кабинета.

КОНСТАНТИН
(переводит взгляд на Надежду Александровну)
Что это с ним?

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Вступил в интимные отношения со своим мозгом...

ИНТ. КВАРТИРА ГРИГОРЬЕВА – ПРИХОЖАЯ - ДЕНЬ

Григорьев рассматривает фотографии щенков в смартфоне. Протягивает смартфон жене.

ГРИГОРЬЕВ
Посмотри.

Алла берет смартфон, и выражение ее лица мгновенно меняется.

АЛЛА
Что это? Какая прелесть!

ГРИГОРЬЕВ
Это грифон, порода такая.

АЛЛА
Такая маленькая?

ГРИГОРЬЕВ
Да. Есть возможность приобрести...

АЛЛА
(смотрит на Григорьева светящимися от восторга глазами)
Правда? Чудо какое!

ГРИГОРЬЕВ
Знаешь, если ты будешь против... я все равно возьму щенка!

АЛЛА
Я? Против? Да ни за что! Толик, ты… Даже не представляешь…

Алла обнимает Григорьева, прижимается к нему. Григорьев с улыбкой смотрит на жену.

АЛЛА
(спохватывается)
Я опаздываю, закрой за мной!
(хватает сумочку)
Я скоро вернусь... Скоро!

Григорьев закрывает за Аллой дверь. Находит в смартфоне номер телефона заводчицы, записанный Сашей. Делает звонок.

ГРИГОРЬЕВ
Наталья Евгеньевна? Я знакомый Саши Смолянской, она щенка хотела у вас взять...

Григорьев записывает адрес...

ИНТ. КВАРТИРА НАТАЛЬИ ЕВГЕНЬЕВНЫ - ВЕЧЕР

Григорьев сидит на полу, в окружении щенков. Не переставая, лает мать щенков.

ГРИГОРЬЕВ
На обезьянок похожи...

НАТАЛЬЯ ЕВГЕНЬЕВНА
Еще и белками или оленятами могут притвориться.

ГРИГОРЬЕВ
(показывает на щенка)
Мальчишка?

НАТАЛЬЯ ЕВГЕНЬЕВНА
Да, Ингмар зовут.

ГРИГОРЬЕВ
Какой-то он не очень шерстяной...

НАТАЛЬЯ ЕВГЕНЬЕВНА
Брабансон! В одной породе сразу три: брюссельские, бельгийские и брабантские. А вы кого хотите, мальчика или девочку?

ГРИГОРЬЕВ
Кого порекомендуете?

НАТАЛЬЯ ЕВГЕНЬЕВНА
Возьмите девочку, с ней хлопот поменьше будет: два-три раза на выставку, разок-другой родит, и все. А с мальчиком... или никакой личной жизни, или, чтобы личная жизнь была – по выставкам затаскаетесь.

ГРИГОРЬЕВ
А я девочку и хотел!

НАТАЛЬЯ ЕВГЕНЬЕВНА
Ну, вот она, одна и осталась. Девочек охотней берут. Хотя мальчики и понежнее будут...

Григорьев берет щенка на руки, с улыбкой разглядывает его.

ГРИГОРЬЕВ
Наталья Евгеньевна, я сейчас взять не смогу – в командировку убываю... надолго. Можно, у вас пока побудет?

НАТАЛЬЯ ЕВГЕНЬЕВНА
Можно, конечно.

ГРИГОРЬЕВ
Спасибо. А имя у нее есть?

НАТАЛЬЯ ЕВГЕНЬЕВНА
Ирис! Но вы можете иначе назвать – не по паспорту.

ГРИГОРЬЕВ
(подносит щенка к лицу)
Ого! У нас и паспорт есть?

НАТАЛЬЯ ЕВГЕНЬЕВНА
А как же!

Щенок лижет Григорьеву нос и губы. Григорьев смеется. Щенок, отвечая Григорьеву, теперь облизывает его взахлеб…

ИНТ. НИИ – ЛАБОРАТОРИЯ - ДЕНЬ

Григорьев в лаборатории. Через час или два он войдет в барокамеру, за ним закроется дверь. А пока – заключительные процедуры. Надежда Александровна и Константин укрепляют датчики на голове и на теле Григорьева. Им помогает Наташа.

КОНСТАНТИН
Так, Анатолий Николаевич! Сейчас мы вас лишим всех прелестей цивилизации...

ГРИГОРЬЕВ
Прелестей? Что вы думаете о нашей цивилизации, Надежда Александровна?

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Ну... Есть много неудобств... которые были... есть... и будут! Хочется удобств?

ГРИГОРЬЕВ
Я не об этом... Сколько нас сейчас, восемь миллиардов? Скоро будет десять, потом еще... Вы же видите: в социуме, в планетарных масштабах, происходят уравнивающие людей процессы – демос, массовая культура, и так далее...

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Звучит печально, но жить можно.

КОНСТАНТИН
Надежда Александровна, Анатолий Николаевич боится следующей жизни! А вдруг, и вправду, перевоплощения существуют?

Надежда Александровна отходит к столам, на которых установлены приборы, включает один из них.

ГРИГОРЬЕВ
Я следующей жизни не боюсь. Просто не хочу ее. Слишком на большое количество кнопок придется нажимать...

КОНСТАНТИН
Кнопок немного. Просто на немногие кнопки часто нажимают.

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Миллиарды людей, миллиарды кнопок... Какие-то у вас апокалипсические настроения!

Надежда Александровна еще включает приборы, проверяет настройки.

ГРИГОРЬЕВ
А что, хороший астероид нашей планете не помешал бы...
(вдруг глаза вспыхивают озорными огоньками)
Как поживает ваша нежная африканка, Константин? Она вам больше не снилась?

КОНСТАНТИН
Подождите, я вам еще не все свои сны рассказал!

ГРИГОРЬЕВ
(смеется)
Ой, не надо! А то придется астероид перенаправить на ваши сны!

Надежда Александровна в последний раз осматривает укрепленные на голове Григорьева датчики.

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Ну, вот, готово!

ГРИГОРЬЕВ
(смотрит на наручные часы)
Сколько до старта?

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
(протягивает к часам руку)
А вот это оставьте!

Григорьев снимает часы, отдает их Надежде Александровне.

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Будете жить по законам субъективного времени! Есть еще что-нибудь – недозволенное?

Григорьев снимает обручальное кольцо с пальца и, прищурившись, смотрит через него.

ГРИГОРЬЕВ
Это крохотное отверстие, с виду безобидное, может нарушить изоляцию в обшивке моего корабля...

Григорьев кладет кольцо на стол...

ИНТ. НИИ – ЛАБОРАТОРИЯ - ДЕНЬ

Григорьев, Надежда Александровна, Константин и Наташа стоят перед распахнутой дверью, ведущей в сурдокамеру. Григорьев обращается к сотрудникам лаборатории.

ГРИГОРЬЕВ
А где красная ковровая дорожка?!

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
(строго)
Все, Анатолий Николаевич, хватит! А то я сейчас доложу Сергею Валерьяновичу, что вы к эксперименту не готовы!

ГРИГОРЬЕВ
Понял, не надо! Не надо красной ковровой дорожки – достаточно протертого линолеума! Прощайте, друзья, коллеги, любимые! «Вы говорили: «Деньги, любовь, страсть!» А я знал только ее – Джоконду, которую надо украсть! Опять, влюбленный, выйду в игры, огнем озаряя бровей загиб. Что же! И в доме, который выгорел, иногда живут бездомные бродяги!»

Надежда Александровна молча, с улыбкой наблюдает за Григорьевым.

ГРИГОРЬЕВ
Все! Ключ на старт!

Григорьев входит в сурдокамеру.
Константин поднимает в прощальном приветствии сжатый кулак, закрывает дверь, поворачивает рукоятку запора...

ИНТ. НИИ – ЛАБОРАТОРИЯ – СУРДОКАМЕРА - ДЕНЬ

Григорьев смотрит на закрытую дверь, все звуки мгновенно пропадают. Григорьев тут же становится серьезным, сосредоточенным. Садится, откидывается на спинку кресла, о чем-то задумывается…

ИНТ. НИИ – ЛАБОРАТОРИЯ - ДЕНЬ

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
(отходит к приборам)
Хороший способ подлечить нервную систему...

КОНСТАНТИН
(иронизирует)
А как же «интимные отношения с мозгом»?

НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА
Как раз они и лечат...

ИНТ. НИИ – ЛАБОРАТОРИЯ – СУРДОКАМЕРА - ДЕНЬ

Григорьев в барокамере. В первые дни его реакции – это реакции человека, адаптирующегося к условиям изоляции. В его взглядах, в движениях его глаз, в постукивании пальцев по подлокотникам кресла читается то напряжение, те мысли, спровоцированные социальной средой, с которыми он вошел в сурдокамеру.

ИНТ. НИИ – ЛАБОРАТОРИЯ - ДЕНЬ

Лицо Надежды Александровны, наблюдающей за показаниями приборов; едва слышное гудение этих приборов...

Константин сидит за столом, ведет записи. Неожиданно зевает, прикрывая рукой рот...

Мимо Константина проходит ассистентка Наташа в белом халате, неслышно открывает дверь, выходит из лаборатории...

На подоконнике воркуют голуби; вдруг дружно вспорхнули и улетели...

Перемещается, мелькает бегунок, отмечающий на календаре проходящие дни...

ИНТ. НИИ – ЛАБОРАТОРИЯ – СУРДОКАМЕРА - ДЕНЬ

Григорьев делает записи в тетради...

ИНТ. НИИ – ЛАБОРАТОРИЯ - НОЧЬ

Легкое гудение приборов, подсвеченные шкалы, мигающие светодиоды. Единственный источник света – настольная лампа на столе. На ночном дежурстве – Наташа, но она спит, сидя за столом, положив на руки голову…
Лицо Григорьева на мониторе – он не спит…

ИНТ. НИИ – ЛАБОРАТОРИЯ – СУРДОКАМЕРА - ДЕНЬ

Григорьев продолжает писать, и вдруг... его рука останавливается. Обостренное внимание Григорьева в неожиданно смещенном ракурсе видит шариковую ручку, застывшую над листом тетради, сам лист тетради, и сделанные им записи, как неожиданный, нечитаемый узор.
Григорьев разворачивает этот узор вверх ногами, всматривается в него. Медленно проводит по листу тетради прямую линию. Потом еще одну, почти параллельно. Третью линию проводит поперек первых двух. Он явно увлечен волшебством этих линий.
Следующими диагональными линиями он зачеркивает написанный текст. Шорох переворачиваемой страницы неожиданно оглушителен, грохочущ – Григорьев замирает на несколько мгновений. Потом, на чистых листах бумаги, начинает медленно проводить прямые линии, параллельные и пересекающиеся...

Наконец, Григорьев перестает рисовать линии. Сворачивает тетрадь в трубочку, и рассматривает в нее, как в подзорную трубу, стены барокамеры...

Неожиданно в «подзорной трубе» фиксируется чей-то глаз. Григорьев опускает свернутую в трубку тетрадь – перед ним никого нет. Григорьев опять смотрит в подзорную трубу, но видение не повторяется. Григорьев протягивает руку к тумблеру – выключает свет. Опять включает и выключает…

Незаметно, исподволь, начинается легкая вибрация. Вибрация все нарастает, и теперь сопровождается нарастающим гулом. Происходящее с Григорьевым очень похоже на то, что испытывают пилот или космонавт при взлете ракеты, преодолевающей силу гравитации. Ощущение нарастающей скорости…

В стене сурдокамеры вдруг обнаруживается иллюминатор. В иллюминаторе – черная, непроницаемая тьма. Во тьме становятся видны вспыхивающие голубыми огоньками переплетения нейронов; некоторые огоньки в доли мгновений пробегают по этим переплетениям и гаснут. И скоро переплетения нейронов оказываются межзвездным пространством, которое надвигается на Григорьева.

Нарастает свист. Стекло иллюминатора вдруг лопается, осколки разлетаются, и внезапно наступают тишина и покой.

Во мраке возникает пламенеющая точка. Приближаясь, она превращается в костер. Берег озера, угасшая вечерняя заря. На берегу никого нет. Треск поленьев в костре…

 
© А. Дюрис
 
Поделиться с друзьями: